Радио программа «Попутчики». Эфир радио «ЭХО МОСКВЫ» от 28.08.2011

- 23 часа и 5 минут в российской столице, вы слушаете радио «Эхо Москвы», программа «Попутчики» начинается. Меня зовут Дмитрий Борисов. Сегодня мы открываем новый сезон программы «Попутчики». Она остается в новом сезоне на своем месте. Несмотря на то, что сегодня сезон я открываю без Александра Плющева, который в законный свой отпуск решил отдохнуть и не ехать в Нижний Тагил со мной, в новом сезоне он тоже будет здесь, в принципе, со следующего раза вернется и будет составлять мне компанию. А сегодня все равно я буду не один. Сергей Майоров любезно согласился в такую даль прокатиться. Добрый вечер.

Сергей Майоров - За 55 минут до Тагила и обратно. Здрасьте, Дим.

- Здрасьте. Куда вы пропали, скажите?

Сергей Майоров - В смысле?

- Вот…

Сергей Майоров - Сейчас я приехал к вам, чтобы пообщаться с вами с большим удовольствием и с теми десятью слушателями, кто нас слушает (смеется), кто нас еще слушает.

- Воскресенье, лето, может быть, не надо переоценивать. Главный вопрос, который тут мне сбрасывали в Твиттере, когда я написал, что вы будете сегодня в «Попутчиках», вас все помнят главным образом по «Истории в деталях», а «Истории в деталях» сейчас в эфире нет.

Сергей Майоров - Это комплимент, конечно, потому как программа существовала 7 лет, 2 года ее нет. Меня останавливают на улицах, в магазинах и говорят – скажите, почему вы пропали, где ваши замечательные рубашки? Помнят, и это приятно. Но проект же не может быть вечным.

- Мне кажется, был период, когда в повторах бесконечных шла программа.

Сергей Майоров - Нет, такого не было никогда. Мы выходили 7 лет, мы даже, когда уходили в отпуск, не могли оставить эфир и делали программу вперед, в задел. Мы выходили в Новый год и во все праздники, 365 дней в году, по субботам и воскресеньям. Это было, конечно, рубилово жуткое. Мне очень дорог этот проект…

- Во всех смыслах, да?

Сергей Майоров - Во всех смыслах, да, и в человеческих, и в творческих, и в физических. Приятно, что его зрители помнят, но жизнь-то не стоит на месте. У нас есть только одна вечная программа, которую ведут ваши коллеги, это программа «Время», а остальные проекты рождаются, умирают, это естественный процесс.

- Но «История в деталях», она появится, говорят.

Сергей Майоров - Угу. Она будет называться несколько иначе, потому что, когда стоял вопрос у Вячеслава Муругова, генерального директора СТС, генерального продюсера, как все-таки вернуть «Историю» в эфир, «История» вернется совсем скоро. Название будет изменено, потому как «История в деталях» ассоциируется со мной, проект будет называться «Детали новейшей истории».

- И вас там не будет?

Сергей Майоров - Нет, я там буду генпродюсером вместе с Вячеславом Муруговым, а вести проект будет выросшая уже, окрепшая, готовая для эфира Любовь Камырина. Это, я надеюсь, будет главным сюрпризом, потому что Люба в отличной форме, она великолепный репортер, единственная в нашей стране женщина, кто три раза соревновалась с мужиками за премию на «ТЭФИ», кроме Лены Масюк, которая эту премию получала. Я надеюсь, что это будет очень сильно. А сам я хочу придумать для себя какой-нибудь другой формат, в котором можно было бы петь, плясать, радовать людей, веселить. Как-то очень хочется выпрыгнуть за рамки кадра три на четыре, побезобразничать.

- Но в кадр все-таки вернуться хочется?

Сергей Майоров - Я не могу сказать, что я прямо очень горю таким желанием.

- Да ладно, говорят же, что это правда, что начинается ломка какая-то в перерывах.

Сергей Майоров - Я закончил институт театральный в 1990 году. Мне казалось, что я буду замечательным артистом, много играть в театре и в кино. Фигулина-рогулина, ничего не сыграл, нигде не снялся. Ну, кроме двух литовских фильмов. Потом долгое время мучился – почему же меня, такого замечательного, с яркой фактурой, никто не снимает? Видимо, либо режиссеры умерли к тому времени мои, либо еще не родились. Потом оказалось, что… ну, надо же что-то делать, надо вести, у меня же был опыт ведения программ «120 минут», «Будильник» и так далее. Что-то никто не предлагал. Понял, что надо взять все, как это у Татьяны Васильевой в фильме «Самая обаятельная и привлекательная»: «Не родись счастливой, а родись активной», надо взять все в свои руки. Вот, собственно, взял в свои руки, стал продюсировать и понял, что сейчас остаться без эфиров в качестве ведущего абсолютно не страшно. Потому что продюсирование – гораздо более интересный продукт – ты придумываешь, ты ищешь, ты находишь, ты утверждаешь бюджеты, ты споришь…

- Особенно интересны бюджеты, вероятно.

Сергей Майоров - Бюджеты интересны, безусловно, потому что это же надо за 20 копеек умудриться сделать шедевр какой-то. Все же нетленки снимают. Поэтому это, конечно, увлекает, но так как лояльность у зрителей довольно высокая в адрес персонажа по фамилии Майоров, я думаю, почему бы это дело не капитализировать и не придумать что-нибудь такое, что бы порадовало. А потом, нужно все-таки отдыхать от себя в эфире, хотя перерыва-то после «Истории», как такового, не было, после «Истории» сразу появился проект на ТВ-Центре, который я благополучно бросил, «Найди чудовище». Потом появился Пятый канал, «Дневник наблюдений»…

- Совсем недолго.

Сергей Майоров - Проект просуществовал три месяца, потом его в упор нагло расстреляли, просто автоматной очередью, хотя критики и зрители, те, кто смотрели, радовались, потому что проект был абсолютно другим, нежели «Истории», он был более прогрессивным и более про будущее. После этого был полугодовой перерыв, ну а потом мы с Любой Камыриной придумали проект «Бабье лето» для «Домашнего», который выходил два месяца и собрал довольно приличную долю. Я даже знаю, что Ваш начальник на «Первом канале», господин Клейменов, передавал мне всякие приветы и говорил о том, что ему очень нравится этот проект. И для меня это довольно серьезная оценка.

- А нет такой практики… она есть в холдинге СТС-Медиа, что успешные проекты телеканала «Домашний» показывают на СТС. Почему «Бабье лето» так не сделали?

Сергей Майоров - Понимаете, «Бабье лето» - это проект, который придумывался исключительно спонтанно и в процессе общения в кабинете у Наташи Билан. Наталья Билан - это генеральный директор «Домашнего», человек, которого я очень давно знаю, единственная в нашей стране женщина - генеральный директор телевизионного канала. Я пришел и рассказал ей историю про открытки, которые нашел у себя на даче на крыше, потому что мальчики и девочки собирают сейчас всяких покемонов, динозавров и прочую гадость, а вот мы как раз собирали открытки наших любимых артистов. И я ей рассказал, какое было потрясение, когда в коробке из-под туфель фабрики «Скороход» я нашел открытки советских артистов, говорю - вот было бы здорово это реанимировать. Она говорит - делай, сказала мне Наташа, вот буквально - делай. Я говорю - как? Она говорит - бери и делай. Мы придумали очень быстро формат, очень долго искали фотохудожника и к общему удивлению и радости нашли Аслана Ахмадова. Проект получился резонансным, делался он полгода. Честно скажу - когда я видел долю в целевой аудитории под 12 на «Домашнем», я понимал, что «Домашний» - тот канал, который может дать пендель и серьезным каналам. Проект абсолютно тепло был встречен зрителем. Мало того, вы не представляете, что после этого началось. Все наши актрисы-участницы начали ездить по стране с творческими вечерами, их начали приглашать в кино, начали активно зазывать в различные проекты…

- Про них вспомнили.

Сергей Майоров - А фотовыставка работает до сих пор, портреты Аслана из города в город кочуют, висят в кинотеатрах, в больших торговых центрах, народ об этом пишет. Куда бы ни приезжали наши замечательные актрисы, везде аншлаги-переаншлаги. Светлана Светличная, наверно, забыла, когда она последний раз дома была, потому что втопила так конкретно по стране сейчас.

- То есть, смотрят, и нет смысла показывать это на другом канале.

Сергей Майоров - А зачем? Он еще не отработан на «Домашнем». Ситуация в том, что мы запускаем сейчас второй сезон, и в октябре начнутся съемки. Мы уже договорились с 12 замечательными актрисами. К сожалению, мы не смогли, не успели по ряду причин, сегодня пришла грустная новость о смерти Ии Саввиной, которую вы же как раз озвучили в эфире 12-часовом. Для меня это был шок, потому что мы сняли треть программы с этой актрисой, но, к сожалению, что с ней делать, с этим материалом дальше, непонятно. Мы не успели снять Жанну Прохоренко, с которой были договоренности, она умерла буквально 4 недели назад. Мы не успели снять Татьяну Ивановну Шмыгу, выдающуюся звезду оперетты, потому что у нас были договоренности, уже были назначены съемки, но в январе ее не стало, а летом прошлого года ей ампутировали ногу. Это тяжелая история, конечно. Мы не успели снять Людмилу Марковну Гурченко. То есть, мы сняли где-то 8 часов видео, фотосессии ее с Асланом, это последнее видео, его никто никогда не видел еще, мы покажем это в «Истории в деталях», когда будем рассказывать о ней и об Аслане, в день ее рождения. Многое не успеваем, к сожалению. Телевидение в этом отношении менее поворотливая штука, чем тот же «глянец», Интернет и так далее. Очень грустно, потому что я же сам когда-то был артистом, очень со многими дружен, и сейчас, когда там… что такое старость? Когда ты начинаешь со своими студентами общаться, или со своими журналистами, ты начинаешь рассказывать об артисте, а они смотрят на тебя и не понимают, о ком ты говоришь. Скажем, мы там затеяли один проект про секс-символы 70-80-х. Я говорю про Николая Еременко, потрясающего совершенно артиста – и «Красное и черное», и «Пираты XX века». Пока ты не назовешь фильмы, многие не понимают, о ком ты говоришь. А когда ты назовешь фильмы, кто-то вспоминает, слава богу, а кто-то так и остается…

- Кто-то ждет, пока покажут фотографии. Есть такое, да.

Сергей Майоров - И это очень грустно, потому что люди создавали историю страны, это к теме как раз вашего вагончика, в котором мы путешествуем. Почему? Потому что, если говорить о поп-идолах… вот сейчас сидишь и думаешь – а кто поп-идол 21 века? И понимаешь, что никто. Деньги. Вот раньше были идолы, были кумиры, им поклонялись. Эпоха была такая, идолов.

- Может, дело еще в том, что было вроде меньше выбора, меньше источников?

Сергей Майоров - Как же, ну как? Понимаете, какая ситуация: дело все в том, что, скажем, если Маргарита Терехова снималась даже в самом провальном своем фильме, например, «Кто поедет в Трускавец?», то все равно об этом фильме знали все, о том, кто такая Терехова, знали абсолютно все. Сейчас так много артистов, они так много снимаются. Я покупаю журналы какие-то, смотрю на обложки, думаю – кто эта артистка, в каком сериале? 265-я серия 800-какого-то, не знаю, 12-го сериала, я не знаю ни артистки, ни сериала, нет биографии. Все какое-то очень ватное и абсолютно неконкретное. Их так много. Особенно, знаете, на первых страницах «глянца» звезды в купальниках, звезды без купальников, звезды с мужьями. Я в шоке. Мы сейчас делаем проект, который стартует, у нас завтра новый формат, на «Первом», а у нас вот, в СТС-Медиа, в частности, на телеканале «Домашний», стартует линейка, восемь недель прайма мы будем держать со своей командой. Запускаем три одновременно проекта. Первый проект – это «Женский род», второй проект – «Мужской род», третий проект «Первые». Так вот, стартуем завтра с «Женского рода» в 21 час. Это истории актрис, которые в Советском Союзе стали звездами, исполнив роли девочек, девушек, молодых женщин. А потом в 90-х произошла такая склейка, выражаясь словами Александра Яковлева, и потом вдруг в двухтысячном они начинают играть роль мам взрослых дочерей и бабушек. Вот что с ними случилось, со вчерашними девочками, почему у актрис после 40 никаких перспектив, собственно, как и у женщин в нашей стране? Почему только 20-и, максимум, 30-летние могут на что-то в этой стране рассчитывать? Попытка пофилософствовать, поговорить. Смотришь на них и понимаешь – это последнее поколение, которому есть, чем гордиться. То есть, когда говоришь «Александр Яковлев», все понимают – «Человек с бульвара Капуцинов», «Экипаж» и «Чародеи». Это три фильма, которые три года подряд собирали кассу. 78 миллионов человек посмотрели в среднем каждый фильм. Кто сейчас может этим похвастаться? Наверно, никто.

- Но есть же медийность определенная, есть какие-то звезды раскрученные.

Сергей Майоров - Есть такая артистка, меня удивляющая – Анастасия Макеева. Вы знаете такую артистку?

- Знаю. Периодически вижу ее на обложках журналов.

Сергей Майоров - А назовите хотя бы один фильм с ее участием.

- Я, увы, не слежу за телевизионными сериалами так пристально…

Сергей Майоров: Если, допустим, я вас спрошу о том, кто такая Людмила Гурченко или, скажем, Наталья Варлей, вы же назовете фильмы с ними?

- Да. Но здесь же еще какая история – все борются за пресловутую медийность, потому что она повышает, условно говоря, стоимость дневной ставки.

Сергей Майоров - Это страшно. Потому что никто не думает о том…. Я, скажем, общаюсь с одним товарищем артистом, задаю ему вопрос – хочешь сняться в хорошем кино? Он говорит – да, сколько платят? Я говорю – а вот нисколько не платят, копейки, но кино, за которое будет не стыдно. Почему Джулия Робертс, почему Николь Кидман, почему масса других актеров, Дэниел Рэдклифф, не стесняются выйти на сцену в Бродвее за сущие копейки по сравнению с тем, что они получают в кино, и играть? Все-таки для артиста очень важно качество его организма, насколько он способен играть, насколько он способен удивлять. Если артистка себя растиражировала в «мыле» и заклеила собой обложки журналов, завтра другими заклеят.

- Зато ей есть, на что жить. Есть же еще такая проблема у нас в кино, тут в нашем купе побывал не один режиссер, который говорит – в чем глобальная разница между кино у нас и кино в Голливуде? Что в Голливуде, вне зависимости от того, какие деньги платят актеру, он полностью отдает себя проекту на это время.

Сергей Майоров - Конечно.

- У нас – утром снимается в сериале для одного канала, днем – для другого, вечером – так и быть, часок, антреприза, а потом где-нибудь еще.

Сергей Майоров - Абсолютно.

- В итоге – полное раздробление сознания, нет единой роли, вживления, ничего нет того, что должно быть, по идее.

Сергей Майоров - Поэтому загадочными остаются и великими становятся те артисты, которые себя на горох не тиражируют. Скажем, Чулпан Хаматова – ты понимаешь, что это за артистка, что это за качество, ты понимаешь, что, где бы она ни снялась, это однозначно будет интересно. Нет вот этого дешевого мельтешения. А есть артистки, которые просто… она с лошадью, она с мужем, она с мужем и лошадью, она с подругой, мужем и лошадью…

- С другой стороны, можно же сидеть дома, не соглашаться на сериалы, не соглашаться на какое-то мельтешение, как вы говорите, и ждать ту самую роль, а она не придет.

Сергей Майоров: Мы с вами ошибаемся. Ситуация заключается в том, что есть театр. Если тебе что-то не дается сыграть, понятно, что все хотят играть классику костюмирОванную, костюмИрованную, как правильно, Анна Николаевна Шатилова говорит, что костюмирОванную.. а если тебе не дают играть классику, то иди играй в театр, кто тебе запрещает? В театре сейчас тоже неплохо платят, и есть антрепризные проекты, народ идет. Это вопрос выбора, вопрос вкуса. Если его нет, то мы пойдем в «глянец», который умирает. Просто у меня друг один смешной есть, владелец крупной сети магазинов. Я один раз попросился посмотреть, такие, знаете, актерские ощущения, журналистские ощущения, посмотреть, как утилизируют неиспользованный товар. Вот сегодня, в воскресенье, я поеду в магазин и буду видеть, как собирают с полок непроданные журналы и просто возвращают, причем стопки. А люди-то бьются за то, чтобы попасть на обложки.

- Ну, для людей, которые на обложках, главное, не чтобы их купили. Главное, чтобы человек, который прогулялся с тележечкой мимо, увидел лицо, увидел имя, это осталось в подкорке…

Сергей Майоров: Как говорила Грета Гарбо – сегодняшними газетами завтра будут забиты мусорные бачки. Собственно, это и происходит.

- Вы очень пессимистичны. Вы говорите…

Сергей Майоров - Нет, я не пессимистичен. Я абсолютный оптимист. Я вижу потрясающую работу потрясающих артистов, я вижу потрясающие работы в кино, в театре. Я, например, аплодирую Егору Дружинину. Человек, абсолютно не мелькающий, человек, очень точно и точечно выбирающий свою пиар-позицию, появляющийся в каких-то местах тихим сапом, без особой шумихи, поставил потрясающий спектакль «Всюду жизнь». Для меня это стало каким-то очень приятным откровением. Я просто, не звоня ему и не говоря о том, что хочу попасть на спектакль, потому что очень неудобная ситуация, приходишь – надо что-то говорить, а если не понравилось?

- Это очень знакомо. Хочется провалиться под землю.

Сергей Майоров - Видно, что вы понимаете. А надо зайти за кулисы и сказать – знаешь, ты был… как бы слово-то подобрать… это было смело. Бред такой. Я пришел к Егору, даже не стал заходить, я вот хочу сейчас ему объясниться в любви, сказать, что потрясающий у него спектакль, это действительно событие, стоит всем посмотреть.

- Нам прямо сюда, в купе, вы можете присылать сообщения. Наш мобильный телефон всегда с нами +7-985-970-45-45, смски тут вибрируют, приходят. Или в Твиттере живет специальный человек, обученный, под названием vyzvon, ему можете тоже отправлять, он нам перешлет сюда. Тут пишут, из тех сообщений, что уже пришли…

Сергей Майоров - Кто-то не спит.

- Много не спят. Кстати, возмущаются, что мы недооцениваем количество людей. Вот смсок уже больше 9, что радует.

Сергей Майоров: Добрый вечер тем, кто не спит.

- Время-то детское, кто спит, 23.23 в Москве. «Про женщин за 40 все верно, - пишет Аня. – Мой 22-летний сын называет меня «старушко».

Сергей Майоров - Это ужасно. Надо взять сына и в лоб тапком дать прямо, не стесняясь, потому что это, в общем, неправильно.

- Так ведь происходит на самом деле в обычной жизни обратный процесс, на мой взгляд. Люди, которым 50+, уже не выглядят, как старушки, не ведут себя, как старушки…

Сергей Майоров: Вы посмотрите, кто лидеры иностранных новостей светских? Дженнифер Лопес – 42. Джулия Робертс – 43. Дженнифер Энистон – 42. Женщины после 40 становятся мега-звездами. Посмотрите, в какой они форме, посмотрите, как они рожают, они же как машины рожают.

- Главное - не перегнуть палку.

Сергей Майоров - Понятно, нельзя во фрика превращаться. Это отличный возраст. Но вы понимаете, какая штука – это вопрос, скорее, к женщинам. Потому что как же так -женщины растят своих детей, мальчиков, и не объясняют им главного - что эти мальчики становятся мужчинами. Почему, допустим, растя мальчиков, женщины все чаще становятся матерями-одиночками или вообще одинокими женщинами? Это какой-то только нам понятный феномен, потому что такое ощущение, что желание пожирать все время молодое мясо. Это, по меньшей мере, странно. Я по своей маме знаю. Моя мама не осуждает роман, скажем, Пугачевой и Галкина, не осуждала Пугачеву с Киркоровым, но когда я допустил вариант вопроса, говорю – мама, а ты не можешь завести роман с мальчиком 30-35 лет? Она обиделась, она реально какое-то время со мной не разговаривала. Ей показалось, что я ее очень сильно оскорбил. Хотя это была всего лишь дружеская провокация, не более того.

- А вы бы приняли свою маму, которая сказала – знаешь, дорогой Сережа, у меня появился друг, ему 32 года?

Сергей Майоров - Абсолютно. Понимаете, какая ситуация – я вижу ее в саду, она выращивает там цветы, какие-то кусты, и ей очень хорошо. Но ей 62 года, и ставить крест в этом возрасте на своей жизни тоже не стоит. Она отлично выглядит, у нее какие-то есть планы, у нее помидоры в этом году совершенно потрясающие, 8 ведер с одной грядки. Какие-то совершенно удивительные достижения, она ухоженная, она адекватная, начитанная. Конечно, мне очень хочется, чтобы в ее жизни было еще какое-то приключение, во всяком случае, чтобы было, с кем поговорить. Не с сыном, с одним или со вторым, когда они найдут время с ней пообщаться, и не с внучками. Одной внучке 20, у нее мальчики в голове. А так, чтобы с кем-нибудь еще.

- А Интернет?

Сергей Майоров - Вот, наверно, маме куплю Интернет, в смысле, компьютер, она очень давно просит, на день рождения, наверно, осуществлю ее мечту. Мне казалось, что мама и Интернет – вещи как-то несовместимые. Наверно, я недооцениваю. Опять же, Интернет. Интернет – это же надо объяснить, как, куда, чего заходить, кому писать, где кого искать. Я бы очень хотел, чтобы у нее в жизни было какое-то романтическое приключение. Но, так как мальчик я взрослый, живу в этой стране, я понимаю, что это, скорее всего, такая красивая история, не более того.

- Ну, Интернет помогает, кстати, в этом плане людям совершенно любого возраста. Находят, точно совершенно, находят поговорить, находят такие сайты, о которых никогда не задумаешься, никогда не пойдешь сам смотреть…

Сергей Майоров - Я подумаю об этом.

- Форумы, как то, что, кажется, осталось для продвинутых пользователей Интернета в конце 90-х, чаты, форумы, такая форма общения, которую никто не использует, кажется, а потом смотришь…

Сергей Майоров - Мама, ты попала, ты значит идешь на компьютерные курсы, компьютер у тебя будет.

- Это прямо нужно, сто процентов.

Сергей Майоров: Мама, тебе передает привет Дмитрий Борисов, ты его очень любишь. Так что теперь я тебе говорю при нем, что покупаю тебе, подключаю к Интернету, компьютерные курсы и лэптоп.

- Тут пишут: «Вот вы говорите о мельтешении, а сами со своими «Историями в деталях» подыгрывали этим людям, которые стремились получить большую медийность».

Сергей Майоров - Идите-ка вы знаете, куда, приятный читатель, слушатель, писатель. Абсолютно враки, никогда не подыгрывали. У нас была своя фирменная, очень ироничная интонация, абсолютно точно мы отыгрывали эту историю, заявляя в конце программы: «Какие люди, такие и истории». И рассказывали мы далеко не о тех, кто мелькает, мы старались вообще на это не обращать внимания. Если, допустим, Людмила Гурченко, Татьяна Доронина, Олег Басилашвили, там Екатерина Васильева.

- Но это же все равно «глянец».

Сергей Майоров - Нам казалось, что мы не «телеглянец». Нам казалось, что все-таки мы искали историю, нам казалось, что мы такие пытливые репортеры, и наша задача – рассказать историю так, как до нас никто не рассказывал. Нам этого хотелось, не всегда это получалось, но мы никогда не обращали внимания на то, что пишут журналы. Это журналы обращали внимание на то, то рассказываем мы, и потом эти истории становились абсолютно тиражными. Сколько раз было, что греха таить, тут Люба Камырина была как-то на вечеринке, и к ней подошла девушка и попросила прощения. Говорит – вы знаете, я работала на НТВ в «Главном герое». Моя работа заключалась в том, чтобы отсматривать программы, выписывать цитаты, людей, сюжетные ходы, и потом сообщать на собрании, брать их в разработку. Я знаю, что «Караван историй» 90 процентов своих историй, которые мы отрывали, просто брал и ротировал у себя в журнале. Я сейчас не занимаюсь самовосхвалением, просто мы это реально видели. Те истории, которые мы накапывали, до нас о них никто не знал.

- Ну, говоря о конкретных людях, вы все-таки грязное белье не ворошили.

Сергей Майоров - Мы не лезли. Да, у каждого есть свой скелет в шкафу. Если там человек не хотел этого… скажем, если Наталья Данилова рассказывала нам тяжелую историю, или человек сознательно шел на откровения, конечно, мы его не вырезали. Но так, чтобы специально спровоцировать и достать что-то – нет, конечно.

- А вы утверждали сюжеты у героев?

Сергей Майоров - Никогда, ни у одного за всю историю.

- То есть, они не знали, что вы расскажете?

Сергей Майоров - Да. Сейчас на «Домашний» вот мы сняли 8 серий «Женского рода», 8 серий «Мужского рода», 16 серий «Первых», и тоже не утверждали. Но, когда звонишь героям и говоришь – здрасьте, это Майоров, мы хотим… - Да, вопросов нет. Скажем, Елена Васильевна Образцова начнет цикл, Анна Николаевна Шатилова, Софья Львовна Дарьялова, Тамара Ильинична Синявская, Майя Михайловна Плисецкая – вопросов нет никаких. Вообще никаких. Лояльность и степень доверия настолько высока, что это дорогого стоит. Мы не можем… как бы это правильно сказать… зачем же издеваться над людьми? С этим же как потом жить?

- Ну, иногда же аудитория хочет, может, знать какую-то правду, а не вестись на…

Сергей Майоров - Понимаете, правда – это такая штука, на мой взгляд, очень сложная, у каждого она своя, и взгляд на правду тоже у всех разный. Кому-то кажется, что это сенсация, кому-то кажется, что это не сенсация. С этим тоже можно запутаться. Потом, ну, что такое правда?

- Голые факты, которые там…

Сергей Майоров - Понимаете, ведь есть же причина, наверное, по которой то или иное событие случилось, и как человек себя в нем повел. Каждый имеет право на ошибку. А потом, вы знаете, телевидение, в общем, это не исповедальня. Для этого есть священник, духовник, надо с ним как-то договариваться, разговаривать. Есть, в конце концов, ты сам. Телевидение – это все-таки развлечение во всех абсолютно жанрах, даже с точки зрения информации. Очень важная форма, очень важная история, очень важен герой. Поэтому развлекаем людей, но стараемся это делать деликатно, без залезания в трусы, потому что иногда очень сильно разочаровывает этот процесс.

- Не было ощущения, что герои кончились?

Сергей Майоров - Никогда. Вот сейчас два года без ежедневного эфира в «Историях»…

- И уже накопилось.

Сергей Майоров - Нет, мы все равно как-то выдаем этот эфир, потому что вот проект «Первые», проект «Дневник наблюдений» на Пятерке, к сожалению, опять же, повторюсь, расстрелянный. Замечательный цикл вот сейчас «Первые» будут, «Женский род», «Мужской род» на «Домашнем». Нет, они не заканчиваются. А потом, появляются новые герои. Вот я смотрю на вас и думаю – вот сейчас стартанем с «Деталями», обязательно сделаю историю про вас. Потому что очень понравилось, как вы работали, к сожалению, очень роковое время, когда случились эти неприятности в «Домодедово», с метрополитеном, это выпало как раз на ваши смены. Я смотрел и думал – откуда у молодого человека такое чувство достоинства, спокойствия, знания материала? Вообще, на самом деле, допустить, что программу «Время» и новости на «Первом» будет вести человек, которому нет 30, - это сложно себе представить. Я-то работал на «Первом канале», тогда на Центральном телевидении, и понимал, что это происходит. Поэтому радуют какие-то вещи. Мне очень нравится, например, замечательная ведущая, смотрю и любуюсь ею, думаю – боже мой, неужели когда-нибудь я смогу сделать про нее историю? На НТВ днем такая Елена Винник, замечательная, сексуальная, умная, голос красивый, «давай, давай, давай». Чисто по-журналистски хочется ей пожелать каких-то событий, чтобы на ее смену пришлись, не дай бог, конечно. Хочется ей какой-то такой удачи пожелать творческой, потому что реально очень интересный человек. Так что героев находится много.

- Называть такие истории творческой удачей… ну да, творческая удача, с другой стороны.

Сергей Майоров - Цинично, но мы же не ханжи, профессия такая.

- Такая профессия, конечно. Тут пишут, вспоминают, что вы работали еще в «Добром утре», и вообще, где только не работали. Спрашивают: «Публичные люди» - это был первоисточник, первая такая программа в вашей биографии?» На ТВ-6 или ТВС?

Сергей Майоров - На ТВС. Нет, это была не первая программа, потому что до нее, в 1996 году, 11 января, когда НТВ стало вещать круглые сутки, получило полную частоту…

- Сместив канал «Российские университеты».

Сергей Майоров - Александр Герасимов тогда был продюсер утреннего вещания, замечательный ведущий программы «Наличный вклад», он предложил, и я его программу «Новости шоу-бизнеса», которая тоже выходила каждый день, она была десятиминутка в утреннем блоке, она выходила два года, до конца 1998-ого. Два года каждое утро. Потом по известным причинам все закрылось, потом в 2001 стартовали «Публичные люди».

- А вы смотрите условных конкурентов, какую-нибудь программу «Ты не поверишь», или что-нибудь такое?

Сергей Майоров - Не всегда, но вынужденно.

- И как?

Сергей Майоров - Ну, а что вы спрашиваете, вы же знаете ответ. Вам нравится эта программа? Вот вы молчите.

- Хочется сказать – здесь вопросы задаю я.

Сергей Майоров - Вы хитрый. Вы молчите, а от меня требуете ответа. Ну, она, наверно, замечательно сделана в своем сегменте. Наверно, она имеет место быть. Наверно, она в концепции канала. Опять же, удивляет, знаете, что больше удивляет? То, что эту программу поносят все, вот абсолютно, знаете, такая программа-поносица, но при этом почему-то идут, снимаются…

- Меня удивляет тоже, что сами люди, герои, участвуют вот в этом всем, причем явно знают, что будет.

Сергей Майоров - Сколько раз Филипп Киркоров жаловался на то, как его там высмеяли, в каком свете показали, при этом Леонид Закошанский его лучший друг, и на дне рождения, который отмечает Филипп Киркоров, по правую сторону от него сидит. Это такие парадоксы и феномены, объяснение которым найти очень сложно. Либо не все возможно сказать.

- Такие парадоксы есть везде. Знаете, когда злейшие враги в политике встречаются на праздниках…

Сергей Майоров - Мне больше нравится знаете, какая позиция? Что мы сами делаем свои биографии. Понимаете, с самого первого момента, когда мы понимаем, что мы становимся публичными людьми, очень важно понимать, что может произойти, как сохранить лицо, и как сделать так, чтобы в тебя потом помоями не кидали. Меня, во всяком случае, так учили педагоги. Я, например, патологически не умею опаздывать никуда. Вообще. Потому что опоздание в театр – это было бы преступно. Сейчас друзья-актеры, однокурсники, жалуются на то, что иногда ждут молодых артистов, звезд сериалов, по часу, а то и по два. Я все-таки, пусть я кажусь старым, занудным и так далее, но мне кажется, что все-таки мы делаем свои биографии, и от того, что мы говорим, где мы появляемся, с кем мы общаемся, в каких газетах публикуют наши интервью, это важная история, нельзя потом этого стыдиться. Я одно время очень сильно переживал, когда вывалилось огромное количество всякого дерьма про некоторых приятных мне людей, про Тину Канделаки и так далее, я сидел и думал: ведь Интернет – это такая штука, если попасть туда, то это уже все, навеки, не отмоешься, это будет ротироваться, и прочее, и прочее. А вот дети вырастут, что-то там прочитают и поймут. Как им объяснить? Это сложно. Это с возрастом приходит.

- Да ладно, я думаю, что дети, если они у адекватных родителей в адекватных условиях воспитываются, они…

Сергей Майоров - Они живут в не совсем адекватном мире. Что скажет соседка, что скажет сосед по парте, тоже очень важно, к сожалению, в нашей стране не нужно об этом забывать.

- Вам важно, что говорят о Вас соседи?

Сергей Майоров - Да, мне важно. Я объясню, почему. Потому что я все-таки хочу жить с соседями в мире, стараюсь вести себя адекватно, не портить им жизнь. Конечно, рассчитываю на такую же реакцию. Поэтому мне важно, да, какая-то своя репутация, и профессиональная, и человеческая. А вам?

- Да, конечно, важно. Когда понимаешь, что ты тысячи раз с человеком, например, здороваешься в подъезде, или с кем-то, а тебе в тысячный раз ничего не говорят в ответ, смотрят на тебя злобно, то в тысяча первый ты подумаешь, надо ли тебе говорить «добрый день».

Сергей Майоров - Была одна потрясающая история, мне рассказали. На Лазурном берегу мы снимали Татьяну Веденееву, рассказали историю потрясающую по своей энергии. Жил какой-то рядом миллиардер из Ливана, и отпустил он свою прислугу отдохнуть. В этот момент на дом было совершено нападение, а в доме был только он и ребенок. Так вот, на помощь пришли соседи. Понимаете, не охранники, а соседи, люди, которые с тобой рядом. А если, не дай бог, сердце прихватит или что-то с кем-то из родственников, ты к кому первым побежишь? Наверно, к тем, кто рядом, потому что, если нужно что-то помочь…

- Ну, о’кей, соседи, они рядом. Важно, что говорят люди, не находящиеся…

Сергей Майоров - Так же, как и коллеги по цеху. Если, не дай бог, что-то случилось или какая-то задница, а ты работаешь на разных каналах конкурирующих, ты можешь позвонить доброму другу и сказать – у меня вот такая проблема, помоги. Он поможет. Даже где-то, может быть, ну, не в ущерб, конечно, своему каналу, но, тем не менее, по-товарищески, не афишируя, он поможет. И таких случаев миллион. Скажем, если что-то нужно Андрею Малахову, я ему никогда не откажу, так же, как если нужно что-то мне, Андрей обязательно поможет.

- Ну, это про человеческие отношения.

Сергей Майоров - Профессиональные. Мы с Андреем не близкие друзья. Мы с ним не проводим вечера, не ездим вместе отдыхать, не увлекаемся спортом, не ходим к одному фитнес-инструктору. Но мы так давно в эфире, что, скажем, Малахов может про меня в книжке своей написать только потому, что он позвонит и спросит разрешения. При этом, если он позвонит, и ему нужно какую-то эксклюзивную картинку, я ему тоже дам.

- Вы о себе смогли бы снять сюжет?

Сергей Майоров - Я не знаю.

- А доверили бы кому-нибудь?

Сергей Майоров - Наверно, да. Хотя я… знаете, странная история. Любе Камыриной я бы доверил, своему постоянному соавтору, другу ближайшему, очень близкому мне человеку. Была странная история. Мы, когда выпускали «Дневник наблюдений», когда родился этот формат и само название, мы понимали, что это должна быть очень активная позиция ведущего, который должен рассказывать конкретно о том, что ему нравится, что не нравится, что его окружает, чем он впечатлился, и через себя, то есть, через прием human touch, подводиться к той или иной истории, рассказывая ее по-своему. Так вот, я очень долго сопротивлялся, говорил – Люб, надо спрятаться за нейтральную подводку. Она говорит – нет, «Дневник наблюдений» не может быть нейтральным, ты должен говорить что-то от себя. Вот я вышел, поздоровался после перерыва в эфире с аудиторией, говорю – здравствуйте, я такой-то такой-то, неврастеник средних лет, который начинал с того, что подносил кофе варить Кривцовой, а теперь стал академиком, пять национальных премий «ТЭФИ» , но при этом все тот же мальчишка, мечтающий о космосе. Вы не представляете, как меня разнесли. Я думал, что люди способны воспринимать интонацию, чувство юмора. В частности, одна критикесса с «Эха Москвы», она была абсолютно уверена в том, что я двинулся, что я абсолютно неадекватен, что у меня «звездная болезнь» и так далее. И переубедить я ее в этом не смог. Причем, если Анна Григорьевна Качкаева там хвалила, то вот эта критикесса просто настолько желчью изрыгивала, что я думал, бедная, она подавится ею. Потому что это был формат. Знаете, как вот эффект Твиттера или Фейсбука, вы же пишете от своего лица, что вас впечатлило, ссылки какие-то. Это был тот же самый формат. Я как-то немножко испугался, думаю – не надо так открываться. Надо все-таки как-то держать дистанцию. Не знаю, я очень хочу, чтобы сейчас в новом формате «Детали. Новейший истории» это получилось у Любы. Во всяком случае журналистов и ее, я сейчас на это ее, грубое слово, но оно очень точное, натаскиваю.

- Вы остро воспринимаете критику?

Сергей Майоров - Угу. А вы нет?

- А мне кажется, без критики сложно. Она же позволяет… понятно же, что, если люди… всегда слышно или видно, когда с недоброй позиции изначально что-то там пытаются говорить. Когда явно человек настроен изначально как-то негативно, вне зависимости от того, что ты собираешься сделать, что бы ты ни делал, все равно тебе скажут, что это плохо. Бывают такие люди. Но есть же люди, которые, наоборот, что-то конструктивно вполне.

Сергей Майоров - Нет, у нас нет конструктивной критики.

- Ну, какая есть. А куда деваться? Их пять человек на всю страну большую, и если бы их не было совсем, что было бы?

Сергей Майоров - Понимаете, критика конструктивная есть у Петровской, у Качкаевой, они профессионалы в этом деле. Они закончили профильные институты, они работают на профильных кафедрах, они вырастили огромное количество журналистов, они понимают, о чем они говорят. Если Качкаева мне говорит – дай мне, пожалуйста, рубрику из «Дневника наблюдений» «Те, кто рядом», (у нас рубрика была просто про соседей, про то, что окружает каждого из нас в обычной жизни), дай мне эти сюжеты, хочу показывать студентам. Я говорю – Аня, а зачем вам это? Я считаю, что это высший пилотаж. Ругают, меня за это бьют по роже, причем незаслуженно, потому что ей кто-то на ее больную мозоль наступил. Я не понимаю, я, правда, не понимаю. Знаете, столько… товарки же всякие есть, подружки, друзья у нас на телевидении, которые тебе улыбаются, лезут в камеру, так хотят, чтобы ты про них что-то снял, ты снимаешь здорово. А потом в Фейсбуке у той же критикессы все эти товарки начинают поносить тебя. Или, знаете, самое подлое – не высказывать мнение, а лайками, «мне это нравится». Там человек пукнул, а мне это нравится.

- Как вас задел кто-то.

Сергей Майоров - Да. По поводу «Бабьего лета». Вы знаете, какая для меня это была травма душевная? Я реально недели две ходил к психоаналитику, потому что я не понимал, как с этим справиться. Мы преследовали исключительно благородные цели, мы хотели все-таки в этой стране успеть рассказать о кинобогинях, которыми нужно восхищаться. А меня так размазали по поводу их крупных планов, по поводу того, как… мы их пытались гламурно сделать, я, честно говоря, просто не ожидал. Я какое-то время вообще даже подумывал уйти из профессии.

- Ой…

Сергей Майоров - Дима, не кокетствую, это правда.

- Сергей Майоров в программе «Попутчики».

Сергей Майоров - (смеется) У нас ночная шизофрения.

- Она продолжается. Я не понимаю, как можно из-за мнения одного-двух людей, это же всегда интересно послушать, что они думают.

Сергей Майоров - Это не мнение, это истерика. И в эту истерику были вовлечены люди, которых ты считал своими друзьями и хорошими, вменяемыми коллегами.

- Это, я так понимаю, было даже не в эфире, не в издании, а было в социальной сети.

Сергей Майоров - А знаете, самое обидное, я же не знал об этом. Самое обидное, что нашлась одна гнида, которая, знаете, так кликнула тебе ссылочку – на-ка, дружок, почитай, что о тебе пишут. Вот это, конечно, очень сильно задело. Ну, что же делать, кишками наружу живем, такая профессия. Это вам проще. Вы ведете информацию, у вас там нет собственной оценки, вы нейтральны. Вы сдержанны, вы без паники…

- Как показывает практика, всегда можно сказать все, что угодно, и если сдержанно, без паники…

Сергей Майоров - Понимаю. Но у меня эмоциональная журналистика, несколько все-таки иной формат. Знаете, у замечательного Володина есть пьеса «Пять вечеров», вы читали? Фильм был с Гурченко.

- Да.

Сергей Майоров - Герой спрашивает героиню – смотрю на тебя и думаю: дура ты или умная? – Я не дура, не умная, я веселая. Это как раз про наш жанр, информационно-развлекательный.

- Мне кажется, что гораздо грустнее было бы, если бы вообще ничего не писали, не обсуждали, не говорили.

Сергей Майоров - Целиковская была права, что если о тебе самая худшая рецензия, то это некролог.

- Конечно. Обсуждают, пишут – прекрасно. Я люблю почитать, мне периодически сбрасывают, у меня все друзья заточены на то, что, если вдруг что-то видят, сразу сбросят ссылку почитать. Всегда интересно. Даже если очень плохо, ужасно, смешивают с грязью, все равно интересно. Какая разница? Не принимать близко к сердцу…

Сергей Майоров - Поэтому такой мир удивительный, мы же все разные люди.

- Вы меня просто удивили, я думал, что вас сложно вывести из себя, как-то задеть. Это же надо быть, ну, как-то, что ли, не обращать внимания.

Сергей Майоров - Да, нужно быть более жестким, я согласен. Скажем, мой добрый товарищ Наташа Билан, гендиректор «Домашнего», она мне периодически мозг вставляет и говорит – жестче, циничней, белый шум, все, закройся, не слушай, иди, работай дальше. Еще раз говорю – мы все очень разные.

- Да, но просто человека, который с 1996 года, вы сказали, в ежедневном эфире, как-то уже…

Сергей Майоров - Так нервы обостряются. Знаете, какая это шизофрения? Мне за вредность молоко не помогает, и давать не надо. Потому как каждый день как кишками наружу, я так устроен. Я не знаю, что такое еженедельный эфир вообще. Я всю жизнь привык работать в ежедневном эфире, причем один в ежедневном, тащить и ведение, и продюсирование, и шеф-редакторство, и сетку вычитывать, тему разрабатывать…

- Ну, теперь вы ведение с себя сбросили.

Сергей Майоров - Да, но тем не менее, все равно от себя программу далеко отпускать нельзя.

- С 1 августа вы креативный продюсер канала СТС. Чем будете заниматься, кроме… в чем заключается работа креативного продюсера?

Сергей Майоров - Придумывать, предлагать и получать деньги. И продвигать канал. Я очень надеюсь, что те идеи, которые я там озвучил, у Вячеслава Муругова, они ему понравятся. Знаете, время такое, придумывать стали мало. Надеюсь, что я и Миша Шац, который тоже креативный продюсер СТС, кстати, предложим что-то такое, что позволит и каналу по-новому зазвучать, быть еще интересней, резонансней, надеемся на это.

- Пока, как я понимаю, флагманы канала все равно адаптации?

Сергей Майоров - Сериалы, да.

- Адаптация существующих уже сериалов. Я видел тут промо сериала «Физика или химия».

Сергей Майоров - Ну да, я тоже видел. Это испанский, по-моему, формат, в 17 странах популярен, да, это адаптация. Поэтому мне сейчас, как журналисту, не как продюсеру, а как журналисту, как телеведущему, гораздо интересней, скажем, творчески работать на «Домашнем», потому что на «Домашнем» есть журналистика, есть документалистика, человеческие истории. Это, безусловно, интереснее на сегодняшний момент. Надеюсь, что это так и дальше будет. Надеюсь, что это вернется и на СТС.

- Телевизор смотрите?

Сергей Майоров - Ну да, иногда.

- Так, для себя, не для работы? Не для того, чтобы посмотреть канал…

Сергей Майоров - Смотрю. Я не буду кокетничать, я много чего смотрю.

- Так, чтобы что-то регулярно, с любовью…

Сергей Майоров - Я стараюсь, во-первых, всегда смотреть новости на всех каналах. У меня есть свои любимые ведущие, есть ведущие, которых я не люблю. Я стараюсь всегда смотреть все премьеры. Есть «Ночные пижоны» на «Первом», я не пропускаю, каждый вечер как раз, когда возвращаюсь домой. Есть проекты, которые заставляют думать, есть проекты, которые развлекают. Я смотрю на всех каналах разные проекты, телевидение – это моя профессия. Радуешься, когда что-то у коллег получается интересное.

- Тут Инна пишет, что, судя по тому, как вы реагируете на критику, вы наверняка очень конфликтный человек. Вы конфликтный человек?

Сергей Майоров - Ну, не знаю. Наверно, да.

- Ну, как начальник сами, Вы подчиненных сильно муштруете?

Сергей Майоров - Да, сильно.

- То есть, с Вами не забалуешь.

Сергей Майоров - Понимаете, какая ситуация – я очень добрый человек. И сесть ко мне на плечи, свесить ноги можно очень легко. Потом, когда сбрасываю, людям это не нравится. Поэтому стараюсь последнее время не допускать, чтобы садились на плечи и свешивали ноги. Поэтому, скажем, да, я руководитель жесткий, требовательный, но при этом я очень требовательный к себе, никогда не уйду с работы раньше сотрудников. Я буду сидеть до трех, до четырех ночи, если это надо, если нужно работать с текстом и так далее. Да, я требовательный. Я, наверно, не конфликтный, я требовательный. Но если я вижу, что обижают человека несправедливо, я не задумываясь, даже если это мой друг и он не прав, обязательно за него заступлюсь. Просто какой-то инстинкт такой – бери палку, иди, бей, чтобы твоих не трогали.

- Тут пишут: «Спасибо за «Бабье лето». У меня, к сожалению, обрываются сообщения, не все подписи могу прочитать, вы меня простите, дорогие слушатели. Но суть все равно видна. Пишут: «Спасибо за «Бабье лето». Была ли актриса, которая отказалась сниматься, участвовать в проекте? Были такие?

Сергей Майоров - Да. Людмила Максакова. Она сказала, что она не баба. Объяснять актрисе Максаковой, что такое «бабье лето», откуда происходит название, как-то я в этот момент растерялся и не смог. Да. Есть актрисы, которые сейчас отказываются. Скажем, я очень хочу артистку снять, Валентину Теличкину, но, к сожалению, она отказывается. У меня был очень теплый, душевный разговор с моей любимой актрисой Ириной Вадимовной Муравьевой, которая сказала – спасибо вам большое за то, что вы сделали, мне все это очень нравится, я с радостью смотрела на своих коллег, но сама стесняюсь, потому что не хочется выглядеть дурой. Как-то был очень мотивирован ее отказ. Но я все-таки надеюсь, что я еще раз, пользуясь случаем, объяснюсь в любви Ирине Вадимовне, надеюсь, что, может, все-таки она согласится. Есть разные истории, есть актрисы, отказываются, которые сделали свежую пластику, она не очень удачная, и не хотят показываться.

- Крупным планом тем самым.

Сергей Майоров - Крупным планом, да. Разные ситуации. Но, тем не менее, в массе своей проект встретили очень тепло. И даже презентация, которая была в ГУМе, в зале с видом на Кремль, присутствовали все участницы проекта, как-то все было очень тепло, уютно. Мало того, Вера Кузьминична Васильева, одна из моих любимых актрис, такое приятное человеческое открытие, сейчас снимается в фильме, который я пытаюсь продюсировать. На кино замахнулся.

- И как? Когда ждать?

Сергей Майоров - Тут понимаете, какая ситуация. Я понял одну вещь – если ты что-то хочешь сделать в жизни, то ждать этого не надо, надо делать все своими руками. Я вот, скажем, ждал, например, что меня будут приглашать в кино, ждал-ждал, ждал-ждал, снялся в «Маргоше», сыграл самого себя в одном эпизоде, от «Интернов» отказался, сыграть самого себя в эпизоде. И тут Женя Бедарев, замечательный режиссер, который снимал фильмы «Тариф «Новогодний», «В ожидании чуда», сказал – слушай, я снимаю «Новогодние сваты» для «России-1», давай-ка, сыграй у меня роль директора магазина. Черт возьми. И подруга моя, Танька Агафонова, играет мою жену. Я говорю – давай попробую. На меня надели шубу, разлохматили волосы, усы, и я смотрел на себя и думал – надо же, какой органичный парень, как будто это не я. То есть, я снялся в этом фильме, он дал отличную долю, я безумно был рад тому, что там меня как-то заметили. Я понял - в следующий раз, если ты хочешь что-то сыграть, надо что-то самому спродюсировать. И мы с Женей, с Олей Каймаковой, с Эрвином Элизировым, моими друзьями, открыли кинокомпанию, решили попробовать снять фильм. Называется он «Пока цветет папоротник». Только что Женя сегодня, перед эфиром, перед встречей с Вами мы с ним обедали в ресторане, он вернулся с Алтая, какой-то жутко выглядящий, 38 съемочных дней было там, два месяца экспедиция… будет очень светлая, добрая история про то, как ребята клад ищут. Молодые, совершенно потрясающие ребята. Жили в палатках, спали вповалку ради хорошей истории. Снимались за копейки. Надеюсь, что все-таки кино получится очень теплым.

- Тут я с белой завистью на вас смотрю, конечно, потому что это очень похожая история. Понимаешь, что да, если хочешь что-то сделать… нужно срочно заниматься продюсированием.

Сергей Майоров - Самого себя продюсировать и продюсировать то, что тебе интересно, искать каких-то людей, привлекать. Причем очень приятно открывать молодых, например, артистов. Я уверен, что мы… во-первых, Татьяна Орлова потрясающе играет одну из ролей, это звезда ситкома «Одна на всех». Там будет Вера Кузьминична Васильева, после перерыва вернется в кино…

- «Одна за всех» все-таки.

Сергей Майоров - Да. Она играет там Зину, «привет, чучундра». И там потрясающая Света Суханова, которая обязательно станет звездой, просто потрясающая артистка. Видел сейчас уже отснятый материал, 50 минут, у меня мурашки. Александр Петров замечательный артист. Вообще очень хорошая команда. Женьке нравится открывать молодых ребят. И мне нравится, что они как-то снимаются в фильме. Причем, знаете, история там, девочки, Алтай, холод, горы, клещи, девчонки в горной реке, Татьяна Орлова в горной реке. И потом, как-то не знаю… я смотрю, у меня слезы на глазах. Хочется такого красивого, приключенческого, умного кино. Кино только не про ментов.

- А что будете делать с фильмом? Воспользуетесь служебным положением?

Сергей Майоров - Нет. Мы, на самом деле, еще не решили. Мы заложились под полный метр, очень хотим все-таки сделать кино для кинотеатров. Но, на всякий случай, если вдруг сложно будет, мы готовы сделать 12-серийную версию, посмотрим, как будет получаться. Проката же нет, деньги-то отбивать надо, даже если это деньги твоего друга. Поэтому надеемся, что все-таки все у нас сложится хорошо. Мы не думаем пока о том, кому его предложить. Мы снимаем и готовимся к прокату, а там посмотрим.

- Тут пишут, что, Александр пишет: «Вы наверняка захотели в кино после кинофестиваля в Гатчине».

Сергей Майоров - Боже. Кто-то даже помнит, что я два года вел этот фестиваль. Я по-французски представлял Катрин Денев, она была гостьей фестиваля, мы с ней пообщались. А так как мы с ней довольно давно знакомы, я несколько раз брал у нее интервью в Париже, был у нее дома и писал про нее для журнала Citizen K, который еще недавно выходил от издательского дома «Коммерсант», она увидела меня на сцене, мы с ней поговорили немножко по-французски, это было как-то очень трогательно. Она сказала, что она хранит все наши выпуски программы. Потрясающая, красивая. Да, я два года вел этот фестиваль.

- Почему-то вспомнилась история из «Дня радио» про «Добрый день, мадам Бордо». Бонжур, о ревуар, три раза. Тут вспоминают программу, которая выйдет вслед за нами, программу Михаила Лабковского, много сообщений на тему вроде… сейчас, секунду… ушло. Там вроде: «Что на наезд на наших женщин за 40? Вот мне 28, а я встречался с 43…» и так далее. Тут много.

Сергей Майоров - Наверно, просто женщина не очень поняла, о чем мы говорим.

- Это мужчина. «Встречался».

Сергей Майоров - А, мужчина.

- Делится опытом, как он встречался с женщиной постарше. А вот еще Павел пишет: «А мне 26. Недавно был бурный роман с 38-летней женщиной».

Сергей Майоров - Вам понравилось?

- Павлу понравилось. Пишут, что жаль, что все, закончилось. «Уважаемый Сергей, если бы вы не были таким…» сейчас, секунду… «Если бы вы не были таким эмоциональным, вы бы смогли себе пробить дорогу на телевидение?»

Сергей Майоров - А у меня не было вопроса, не было выбора, пробивать дорогу или нет. Так просто получилось, что в 1991 году, получив дипломы об окончании театрального института, 25 мая я его получил, а 12 июня Советский Союз перестал существовать. Диплом советского образца, сами понимаете. И был вопрос идти работать в театр. Я пошел работать в театр, но друзья позвали на телевидение. Я пришел, сотрудничал с дикторским отделом, с детской редакцией, с молодежкой, с «Кинопанорамой». Я пришел на телевидение, чтобы просто было понятно, администратором в программу «Добрый вечер, Москва» к Ларисе Кривцовой. Моя задача была организовывать ей гостей. Вот после двух раз, когда я организовал ей гостей, я понял, что надо что-то делать по-другому, потому что сложно работать с не всегда вменяемыми звездами. Я понял, что надо учиться, нужно учить писать и так далее. Поэтому никто как бы за руку меня не проталкивал, и никто никаких протекций никогда не устраивал.

- А есть люди, с которыми вы не общаетесь, из звезд, которые проявили свою невменяемость на съемках какого-либо вашего проекта?

Сергей Майоров - У меня, в принципе, хорошие отношения с коллегами со всеми. Есть несколько людей, имена которых я называть не хочу, они работают на одном канале метровом, крупном, важном. Но я с ними не общаюсь исключительно потому, что, будучи героями нашей программы, облизывая нас, целуя во все места, поздравляя со всякими «ТЭФИ», они умудрялись тихо и подло уводить коллег в другие проекты, выгуливая их в ресторанах, опутывая красивыми словами, дежуря у офиса и так далее. Да, с такими людьми я не общаюсь. Их не много, их там горстка, четыре человека. Я уже для себя как-то с ними попрощался. И вспоминаю просто то хорошее, которое они когда-то делали на телевидении.

- То есть, вы своих сотрудников отпускаете нелегко?

Сергей Майоров - Понимаете, Дима, у меня же маленький продакшн. Они же приходят зелеными многие.

- А как же расти людям, пробовать что-то новое?

Сергей Майоров - Они растут, они уходят на проекты. Сейчас, например, вся молодежь, делают все свои проекты сами. Никита Лойк и Ира Шихман как раз были продюсерами, авторами циклов «Женский род» и «Мужской род». Люба Камырина, Артур Валеев делают проект «Первые», я продюсирую. Поэтому нет, они растут. Но тут вопрос выбора каждого человека, расти-то можно и в высоту, и в ширину. А что такое процесс роста, все-таки внутренней работы? Нет, я их отпускаю, есть люди, с которыми мы хорошо расстались. Но есть очень обидные вещи.

- Сергей Майоров был сегодня в программе «Попутчики». Большое спасибо, что согласились прокатиться.

Сергей Майоров - Вам спасибо. Мы в Нижнем Тагиле.

- Уже в Нижнем Тагиле, пора выходить. В следующее воскресенье в 23.05 и я, Дмитрий Борисов, и Александр Плющев, вопреки вашим инсинуациям тут, на смс, мы будем здесь, программа «Попутчики» будет на своем месте. Счастливо. Уже через пару минут начнется новый телевизионный сезон. К всех.

Сергей Майоров - Вам успехов.

- И вам тоже. Спасибо. Пока.

Ведущий / Дмитрий Борисов


Вернуться к списку публикаций

Поделиться


Популярное

  • КОРОЛЕВСТВО МАЛОВАТО!

    Компания «Story Project» начала съемки документального фильма о звезде мировой оперы МАРИИ ГУЛЕГИНОЙ. В августе у нее будет звучный юбилей. Из всех этих лет – тридцать на сцене! Вместе с ней мы отправимся в кругосветку – от ее родной ОДЕССЫ до ее любимого НЬЮ-ЙОРКА.

  • ТАНЦЫ ДО УПАДУ

    Компания «ИВД ДОК» начинает производство амбициозного и грандиозного документального цикла с элементами саспенса и хоррора, мистики и криминала, эротики и мелодрамы. Всё, что вы хотели знать... о балете, но боялись спросить!

  • ПЕРВАЯ НА ПЕРВОМ

    «Story Project» представляет премьеру документального фильма о звезде мировой оперы Марии Гулегиной на Первом канале, 4 ноября, в 23.50.